Статьи

В студиях звукозаписи «первого эшелона» принято создавать большие контрольные комнаты. Это подсказано самим ходом развития индустрии звукозаписи, что выражалось в увеличении размеров микшерных пультов и в применении большего количества аппаратуры. А где-то со средины 70-х в контрольные комнаты начали «вторгаться» и сами музыканты. Последующее развитие MIDI-синхронизации привело к тому, что вместо записи звука синтезаторов на ленту их начали просто программировать, чтобы при сведении подключать их прямо в микшерный пульт, экономя, таким образом, дорожки на ленте. Число каналов в микшерах начало расти до 100 и более, появились штабеля клавишных инструментов и процессоров эффектов. Так что «любовь» к большим контрольным комнатам объяснима. продолжение — “11 Проблемы небольших помещений” >>

Под "небольшими" я подразумеваю комнаты объёмом менее 100 м3, а комнаты этого размера обычно имеют габариты где-то 6м x 5м x 3м. Помните, что в акустическом смысле «размеры» комнаты зависят от желаемой частоты раздела, на которой распределяются резонансы. Поэтому даже большая комната с равномерным распределением резонансов только до 50 Hz в акустическом смысле считается небольшой, если не расширить эту равномерность книзу - до 20 Hz. Комната становится акустически небольшой, если энергетические всплески гармонических резонансов, которые рождаются размерами и формой комнаты, перестают перекрывать друг друга. Гармонические резонансы – для незнакомых с этим понятием – можно рассматривать как пути, которые проходят звуковые волны между отражающими поверхностями. Если звук распространяется вперёд и назад, возвращаясь в той же фазе в исходную точку, то энергия резко возрастает, и формируется резонансная "стоячая волна". продолжение — “11.1 Размеры помещений и поведение их гармонических резонансов” >>

Задача совместимости помещений - дело непростое; и чем меньше помещения, тем труднее она решается. Если энергия звуковых отражений воспринимается только в задней части помещения (что часто бывает в небольших контрольных комнатах), то небольшая разница во времени между прибытием прямого и отражённого сигналов придаст звуку на уровне восприятия нежелательную окраску; а психо-акустическое воздействие, на которое в иных контрольных комнатах возлагаются особые надежды, не даст желаемого эффекта. Некоторые из этих вариантов дизайна (например, технология LEDE) являются весьма сложными по своему характеру и могут "работать" только тогда, когда их проект тщательно продуман. Но есть масса случаев, когда люди просто слепо копируют концепции и "масштабируют" их до размера своих комнат, не вполне понимая заложенные в них принципы. В итоге такие помещения иногда "звучат" поистине ужасно. продолжение — “11.2 Нынешние концепции и плохое влияние” >>

Итак, как же нам сделать так, чтобы не только условия мониторинга были гораздо более контролируемыми, но и чтобы избежать несоразмерной дороговизны студии и высокой почасовой платы за неё? Что ж, первое, что нам нужно сделать, так это обратить внимание на расположение источника звука, позицию слушателя и характер самой комнаты. Если известно, что любое без исключения расположение источника звука в любом помещении, кроме безэховой камеры, возбуждает в этом помещении гармонические резонансы по-разному, то наилучшее, что можно придумать – попытаться отыскать позиции для мониторов в местах с наименьшей вариабельностью. Даже большая безэховая камера, но без трёхметровых поглощающих клинообразных пуансонов, не будет такой уж безэховой на нижних октавах частотного диапазона, т.к. даже здесь от установки мониторов в разных точках помещения звучание низких частот будет восприниматься по-разному. продолжение — “11.3 Другой взгляд на действительность” >>

Любое оборудование в комнате создаёт звуковые отражения. Не так уж много нужно ума, чтобы поместить оборудование так, чтобы оно не отражало звук прямо на позицию слушателя. Однако следует чуточку больше сказать о таких отражениях, потому что их "поведение" зависит от частоты. Объекты, которые имеют малые размеры по сравнению с данной длиной волны, как правило, "поглощаются" звуком: он обходит их, словно "заглатывая". Но когда поверхности объектов сопоставимы с длиной волны, они действуют, как зеркала. Звук распространяется со скоростью примерно 340 метров в секунду при температуре около 20 °C. Поэтому звуковая волна с частотой 340 Hz имеет длину около 1 метра. 100-герцевая волна будет соответственно иметь длину более 3 метров, и такая частота без труда "проглотит" небольшой настольный монитор с максимальным размером 40 см. продолжение — “11.4 Помехи от оборудования” >>

Описываемая здесь концепция является развитием концепции «бессредных» комнат Тома Хидли, по которой он начал строить студии в середине 80-х годов и продолжает строить по сей день. Многие из его контрольных комнат огромны, но это связано с тем, что он хочет расширить диапазон равномерного распределения резонансов книзу до 10 Hz, а добиться этого в малых помещениях невозможно. Том и я выступали спонсорами аспирантского научно-исследовательского проекта по поглощению низких частот в 1990 г. в Институте Исследования Звука и Вибрации Саутгемптонского университета. Эти исследования значительно обогатили нас опытом и привели к выработке возможностей поглощения "нормальных" частот в небольших помещениях. Основополагающие концепции таких комнат были изложены в докладе, представленном на конференции в Институте Акустики Великобритании в 1994 г. продолжение — “11.5 Происхождение концепций” >>